?

Log in

No account? Create an account

Издательство CORPUS и его книги

Previous Entry Share Next Entry
Чтение на выходные: "Рим" Роберта Хьюза.
логотип, Издательство Corpus
corpusbooks wrote in corpus_books
Роберт Хьюз, бывший арт-критик журнала Time, знает Рим как свои пять пальцев. Он бывал в нем не раз, и ему хорошо знакомы места, о которых ничего неизвестно даже опытным гидам. Его книга "Рим. История города: его культура, облик, люди" способна стать интеллектуальным путеводителем для тех, кого интересуют не только достопримечательности итальянской столицы. Сегодня мы хотим предложить вам отрывок из книги.

Ancient-Rome

Некоторых форм политической организации, заложенных этрусками, в общих чертах придерживались и первые римляне, начиная (если верить легенде) от Ромула и заканчивая ранней республикой. Они сохранили институт монархии с опорой на патрициев, или аристократию. Однако царский сан не наследовался, поскольку абсолютно первостепенной и важнейшей функцией царя были его обязанности военачальника, его избирали голосованием (в котором, правда, не участвовали простолюдины). Как верховный жрец государства он должен был распознавать волю богов, гадая по полету птиц и внутренностям животных. Кроме того, в его ведении были налогообложение и военная мобилизация. Он был главнокомандующим. Из всего этого складывалась его исполнительная власть — империй, — которая была тесно взаимосвязана с деятельностью его совещательного органа — cената, состоящего исключительно из свободных граждан с положением; бедняки, ремесленники или вольноотпущенники (то есть бывшие рабы) туда не допускались. По обычаю каждый патриций пользовался услугами своих “клиентов” из плебеев — людей низшего класса, например, вольноотпущенников или иностранцев, которые служили ему, получая взамен пусть и незначительное, но все-таки участие в общественной жизни. Отношения патрона и клиента впоследствии оказались в истории Рима такими же долговечными, как отношения хозяев и рабов.

Монархия в Древнем Риме изжила себя довольно быстро. В V — начале IV в. до н.э. аристократия одержала верх и разделила права и обязанности, прежде принадлежавшие царю, между двумя консулами, которые были наделены равными полномочиями. Любое важное государственное решение принималось только с их обоюдного согласия. Каждый консул, иначе называемый “претором”, избирался сроком на один год, получая на это время полную военную, гражданскую и религиозную власть. В случае необходимости единоличная власть могла быть снова сосредоточена — на строго определенный период в полгода — в руках диктатора, но прибегали к этому политическому средству нечасто, и никто не стал бы приравнивать диктаторскую власть к царской или путать их.

Основу римского общества составлял средний класс, привлеченный возможностью жить и работать в городе, который постоянно роси осваивал новые территории. А натиск Рима продолжался: скажем, в 449 г. до н.э. он присоединил значительную часть территории сабинов; в то же время он находился в более или менее непрерывном противостоянии с племенами вольсков, которые пытались отрезать Лацию выход к морю, но потерпели поражение. Римляне справедливо считали важным сохранять контроль над обоими берегами Тибра и над его устьем. Самая серьезная угроза в V в. до н.э. пришла с севера: враждебные галлы, которые начали по частям захватывать Этрурию. Один из набегов, приблизительно в 390 г. до н.э., привел галлов в самый Рим, хотя и ненадолго. (По легенде, отряд галльских разведчиков увидел человеческие следы на отвесной скале у храма Карменты на Капитолийском холме и пошел по ним, передвигаясь так бесшумно, что ни одна собака не подняла лай. Они собирались уже напасть врасплох на римский гарнизон, стоявший на вершине холма, но потревожили гусей, посвященных Юноне, которых держали на вершине Капитолия. Гусиный гогот и хлопанье крыльев подали сигнал тревоги защитникам города, и атака галлов была отбита.)

Потребность в мощных вооруженных силах для обороны от галлов и прочих врагов повысила ценность плебеев для Римского государства, которое одни патриции защитить не могли, особенно учитывая, что территория его продолжала увеличиваться путем завоеваний и заключения союзов. В 326 г. до н.э. римские владения составляли 10 тысяч квадратных километров; к 200 г. до н.э. — 360 тысяч; к 146 г. до н.э. — уже 800 тысяч, а к 50 г. до н.э. — около двух миллионов. Город на Тибре уверенными шагами двигался к господству над всем исследованным миром.

Учитывая растущее военное и экономическое значение плебеев при их низком положении, неудивительно, что они стали выдвигать свои требования. Именно тогда появился институт народных трибунов, ослабивший непоколебимую прежде власть наследственной аристократии. Плебеи желали получить во власти своих представителей, которые отстаивали бы их интересы, и несколько таких людей были назначены — они получили название “трибуны”. А власть Рима продолжала неуклонно расти. К середине iv в. до н.э. Рим поглотил все города Лация, и все латиняне получили равные социальные и экономические права римских граждан. Политический гений Рима отчасти состоял как раз в том, что, поглощая очередную политическую единицу (они назывались socii, или союзники), он даровал ее жителям все права римских граждан. По типичному соглашению — как, например, с самнитами, — племена и города, получавшие статус socius, сохраняли за собой свои территории, магистраты, жрецов, религиозные обряды и обычаи. Но это вовсе не означало демократии. Общепринятым было мнение, что государственное управление требует специальных навыков, которыми гражданину или союзнику необходимо овладеть — они не прилагались сами собой к территории и земельной собственности. И собрания плебеев редко проводились без надзора патрициев.

Римский сенат был обособлен от “народа”, то есть от большинства римлян. Однако всегда предполагалось, что между ними существует гармоничное сотрудничество, которое было увековечено в существующем с незапамятных времен официальном девизе города Рима, начертанном на его гербе (называвшемся stemma). Увенчанные греческим крестом, четыре буквы пересекают щит по диагонали сверху вниз: S P Q R. У этой аббревиатуры было множество шуточных интерпретаций: от Stultus Populus Quaerit Romam (“Глупый Народ Желает <Править> Римом”) до Solo Preti Qui Regneno (“Одни Священники Правят Здесь”), или даже — кивок в сторону продуктового рынка — Scusi, il Prezzo di Questa Ricotta? (“Извините, Почем Эта
Рикотта?”). Но означают они просто — Senatus Populusque Romanus (“Сенат и Римский Народ”).

Подавляющее большинство римлян не видело ничего дурного в тех классовых взаимоотношениях, которые развились в государстве под управлением патрициев. Исключение составляли братья Гракхи — Тиберий и Гай. Тиберий Гракх был избран трибуном в 133 г. до н.э. и попытался провести закон о переделе земли между богатыми и бедными (в пользу последних). Сомнительно, чтобы им при этом двигало чистое бескорыстие. Похоже, что меры, предложенные Тиберием, скорее имели своей целью завоевать расположение большинства плебеев и таким образом упрочить собственную власть. Как бы то ни было, патриции крепко ему это запомнили, и, когда Тиберий решился на беспрецедентный шаг, выдвинув свою кандидатуру на второй трибунский срок, они подняли восстание, в ходе которого трибун был убит. Во многом похожая судьба постигла его брата Гая, который был также избран трибуном в 121 г. до н.э. и попытался провести законы, наделявшие плебейские собрания большей властью, а нуждающихся — дешевым зерном. Патриции-землевладельцы пришли в ужас от подобных идей и устроили самосуд над Гаем Гракхом и несколькими тысячами его единомышленников. В вопросах классовых интересов Римская республика действовала без колебаний.

hughes

Узнать о книге: http://www.corpus.ru/products/rome-personal-visual-and-cultural-history.htm
Купить книгу в магазине "Москва": http://www.moscowbooks.ru/book.asp?id=753522
Купить книгу на ozon.ru: http://www.ozon.ru/context/detail/id/28881236/